Популярное деньнеделя месяц
Архив материалов
Конспирология
13.09.2017 08:15

Российские политики стесняются признать США страной-террористом

В последнее время российские дипломаты и военные стали придавать гласности факты, подтверждающие  взаимодействие американских спецслужб и армейских структур с запрещенными в России террористическими организациями ИГ, «Аль-Каида» и другими, их финансирование и помощь оружием, разведданными и другими формами обеспечения.

Однако статус сотрудников оборонного и внешнеполитического ведомства предполагает точное изложение конкретных фактов, без их обобщения и интерпретаций. Этим, по логике вещей, должны заниматься политики. Но российские политические деятели почему-то ограничиваются довольно мягкими полунамеками, оставляя некоторую недосказанность.

Так, например, председатель Комиссии Совета Федерации по информационной политике Алексей Пушков, комментируя слова вице-президента США Майкла Пенса, в связи с годовщиной теракта 11 сентября, пообещавшего бороться с терроризмом в любом уголке планеты, написал в своем Twitter следующее:

«Пенс пообещал стереть терроризм с лица земли. И Буш обещал, и Обама. Ирак развалили, Сирию взорвали. И терроризма стало лишь больше».

Казалось бы, сказал «А», скажи «Б», и сенатор вполне мог бы чуть подробнее поведать о причинах того, почему «терроризма стало больше», и как этот факт коррелирует с обещаниями Буша и Трампа. Алексей Пушков мог бы напомнить как совсем недавно борта Корпуса морской пехоты США вывозили из Ракки и Дэйр-эз-Зора главарей ИГ и американских военных советников, их обслуживавших. О том, как американцы создали афганский и филиппинский филиал ИГ, перебросив туда боевиков своими транспортными самолетами, и обеспечив их оружием и командными кадрами.

Наверное, нелишним был бы и экскурс в не столь уж давнюю историю «исламского» терроризма, основанного на религиозном экстремизме. Напомним, что пальма первенства использования приверженцев радикального течения в Исламе, так называемого ваххабизма (салафизма), в геополитической игре принадлежит британской разведке, организовавшей в годы Первой мировой войны восстание ваххабитов на подконтрольной Османской империи территории Аравийского полуострова. Впрочем, этих повстанцев называть террористами нет никаких оснований. В дальнейшем, эта карта была разыграна практически параллельно и синхронно израильскими и американскими спецслужбами, правда с несколько различными целями.

Тель-Авиву было необходимо расколоть монолитное национально-освободительное движение арабов, объединившее под своими знаменами мусульман различных толков, друзов, христиан, националистов, коммунистов и социалистов. Ставка была сделана на радикальных исламистов, которые благодаря израильскому финансированию и развернутым на его основе мощным гуманитарным программам быстро набрали авторитет в суннитском сегменте арабского общества, которое, усилившись, начали «чистить» от «кафиров» и «мунафиков», к которым отнесли не только христианских и светских соплеменников, но и шиитов. И даже умеренных суннитов. Мощный до этого монолит арабского сопротивления  покрылся трещинами. Кроме того, с помощью исламистов Израилю удалась серьезно ослабить влияние СССР на Ближнем Востоке, а также создать себе имидж самой главной жертвы терроризма, хотя именно сионисты принесли террор в регион и превратили его в свое главное оружие. Взрыв отеля «Царь Давид» и вырезанное население Дейр-Ясина стали «строительной жертвой», положенной под фундамент еврейского государства.

Примерно в то же время, в 60-е года минувшего столетия американская разведка стремилась разыграть карту исламского радикализма для того чтобы взять под контроль Афганистан. На эту страну, имеющую важнейшее стратегическое расположение, Вашингтон давно точил зубы. Тем более, что король Афганистана, обеспечивающий мир и стабильность в этой многонациональной и многоконфессиональной стране, проводил политику неприсоединения и дружбы с СССР. Однако попытки организовать восстание против королевской власти успеха не имели. Но после революции Муххамеда Дауда созданное американской и пакистанской разведкой движение «Мусульманской молодежи» (в которое вошли многие будущие главари душманов) сумела поднять вооруженный мятеж на северо-востоке страны, достаточно быстро, впрочем, подавленный. По-настоящему американцы сумели использовать движение религиозных экстремистов, постепенно трансформирующееся в террористическое, после Апрельской революции и ввода советских войск в Афганистан.

Важным достоинством этих, созданных ЦРУ, структур была их экономичность, и почти что самодостаточность. Террористы самофинансировались за счет «закята» (шариатского налога, который в их варианте подчас напоминал банальный рэкет) и наркотрафика. Причем последний пункт стал еще и источником «внебюджетного финансирования» самого ЦРУ.

Во времена Холодной войны (а также первое десятилетие после крушения СССР) американцы использовали «исламских» террористов против своих врагов и геополитических противников – России, Китая, Югославии. Однако затем Вашингтон запустил еще более интересную схему: в стране или в регионе, представляющем интерес для США вначале появлялись(с помощью американских спецслужб или военных) террористы, а затем и американский оккупационный контингент для «борьбы» с ними. Причем те же террористы с успехом используются против сил национального сопротивления (в Афганистане, Ираке, Ливии, Сирии). В настоящий момент американцы действуют не только на Ближнем и Среднем Востоке, но и на Филиппинах, и в Центральной Африке.  

Строго говоря, терроризм и имитация «борьбы» с ним стали главным инструментом американского доминирования, а также важнейшим американским брэндом и главным экспортным продуктом США, которые они навязывают всему миру.

Более того, они приспособили его, как мы видим на примере событий 11 сентября, и для решения внутренних американских вопросов.

Все это, разумеется, не является тайной для российских государственных мужей. Однако они до сих пор не говорят последнего слова, избегая расставить окончательно все точки над «i». Почему? Может быть наши политики продолжают подыгрывать американцам, рассуждая о якобы имеющихся возможностях некоей гипотетической совместной борьбе с терроризмами,  чтобы иметь пространство для политического маневра и/или компромисса?

Однако какой компромисс может быть с государством, превратившим терроризм в главный инструмент достижения своих целей? С таким же успехом можно пытаться дрессировать бешенного пса.

При этом можно не сомневаться в том, что руководство США панически боится  аргументированного и обоснованного разоблачения своей чудовищной лжи и своей людоедской сущности перед мировой и американской общественностью.

Борис Джерелиевский

 
 
 
comments powered by HyperComments
 

E-mail рассылка

Подпишитесь на E-mail рассылку от "Колокола России"