Архив материалов
Новости
24.12.2014 16:52

Мишенью «Исламского государства» в 2015 году станет Туркмения

Нестабильная ситуация в ближневосточном регионе и перспектива начала ряда других локальных конфликтов на его территории позволяет сделать вывод о том, что в будущем году влияние радикалов из «Исламского государства» не только не сократится, но и существенно расширится за счет включения в их орбиту постсоветских государств Центральной Азии. Первым в очереди на исламизацию может оказаться Туркменистан.

Как полагает военный обозреватель портала «ЦентрАзия» Леонид Багеров, с учетом текущих событий на геополитической арене далекий от политико-экономических потрясений Туркменистан, старательно стремившийся заработать себе имидж азиатской Швейцарии, все более вынужден склоняться к отказу от заветного статуса нейтрального государства и участвовать в политической жизни региона. Опасность для республики создает факт, что ее правительство окажется неспособно обеспечить контроль над меняющейся внутриполитической обстановкой.

Экономическая конъюнктура мировых рынков может стать одним из факторов  дестабилизации для Туркменистана. С момента объявления независимости главным источником финансовой стабильности республики оставался экспорт местного природного газа. Однако в случае реализации в 2015 году ряда совместных проектов соседи Туркмении – Россия и Иран – могут отказаться от транзита туркменского газа, полагает Багеров.  В этом случае стратегическим партнером страны по линии экспорта сырья останется КНР, которая известна своим «потребительским» отношением к среднеазиатским республикам (фактически полное уничтожение таджикской продукции легпрома за счет китайского импорта стала для Душанбе настоящей головной болью). Тем не менее, определенные дипломатические шаги навстречу Пекину туркменский лидер Гурбангулы Бердымухаммедов уже сделал. При активизации двусторонних отношений Китай использует возможность отрегулировать газовые цены в свою пользу, что неминуемо повлечет сокращение доходов от экспортной продажи газа, несмотря на имеющиеся у Туркменистана богатейшие месторождения этого топлива.

Это, в свою очередь, отразится на уровне жизни республики, который по современным меркам достаточно низок, продолжает Багеров. Совокупность этих факторов позволяет спрогнозировать ухудшение  обстановки в республике. В этом случае своим геополитическим шансом поспешит воспользоваться «Исламское государство», уже имеющее опыт теневой продажи природных ресурсов государствам-интересантам, находящимся под международными санкциями (например, КНДР). Одновременно эксперт учитывает, кто в этом случае будет являться аффилированным союзником «ИГ»: появление у Китая источника дешевого голубого топлива никогда не входило в планы Запада.

Официальный Ашхабад все время независимости сознавал опасность распространения религиозно-экстремистских организаций и методично уничтожал любые попытки создать в Туркмении систему религиозного образования. В результате, как полагает Багеров, «потерявший большую часть источников традиционных духовных знаний народ стал уходить в подпольные радикальные медресе». Контролировать их деятельность туркменские власти не в состоянии из-за высокой степени коррумпированности и клановой  разобщенности. Неожиданную радикализацию Туркменистана может ускорить фактически прозрачная граница республики с Афганистаном, облегчающая проникновение различных представителей исламского фундаментализма на фоне скорого ухода оттуда американских войск. Багеров полагает, что контакты между афганскими туркменами и талибами поступательно крепли с 2001 года, и за последние годы боевики фактически взяли под контроль приграничные территории. Учитывая свидетельства местных жителей, в соседних с Афганистаном велаятах (районах) Туркмении за минувшие пять лет появилось множество представителей этнических групп, нехарактерных для данной местности, которые могут иметь непосредственное отношение к «Исламскому государству». Таким образом, Багеров считает, что повторение в Туркменистане сирийско-ливанского сценария с постепенным наплывом замаскированных под беженцев боевиков «ИГ» и подготовки к вторжению можно ожидать к весне 2015 года.

Частично спасти ситуацию для туркменских властей мог бы совместный проект газопровода через Туркмению и Афганистан в Индию и Пакистан (ТАПИ). Однако конкретные сроки его реализации неизвестны, учитывая, что Индия в последнее время активно переключается на сырьевые контракты с Россией, препятствующей появлению альтернативных газовых маршрутов в Азии.  В одиночку финансировать ТАПИ Туркменистан не способен – приглашение к инвестированию Ашхабад будет вынужден направить западным «Exon Mobil», «Total» и «Chevron», предоставив им доступ к местным месторождениям. Ситуацию усугубляет обстоятельство, что крайне закрытая для контактов туркменская элита вряд ли будет готова пойти на подобный шаг, означающий утрату контроля над энергоносителями и ценообразованием на них, равно как и потерю независимости. Впрочем, по мнению Багерова, выбирать президенту Бердымухамедову остается недолго: времени на принятие решений практически не осталось. Примечательно, как в Туркмении усиление исламского фактора в очередной раз совпадает с необходимостью обеспечить интересы западных энергетических компаний.

Коллаж Андрея Седых

 
 
 
comments powered by HyperComments
 

E-mail рассылка

Подпишитесь на E-mail рассылку от "Колокола России"