Архив материалов
Новости
26.11.2018 13:59

Точка в вопросе Курил

Начавшийся после встречи руководителей России и Японии в Сингапуре очередной виток обсуждения возможности передачи Японии части Курильских островов заставляет задуматься.

Есть известная политико-лингвистическая дилемма, когда от знака препинания зависит жизнь человека — а разница всего лишь в том, где поставить запятую: «Казнить нельзя помиловать».

Так вот — дискуссия об отношениях с Токио, о нужности или необязательности заключения с Японией мирного договора напоминает именно такой пример. Только звучать он будет так: «Отдать нельзя сохранить».

Удивительно, что подобная дискуссия вообще идет в нашем обществе на протяжении очень долгого периода.

Началась она ещё при Хрущеве, продолжилась при Брежневе, всплыла при Горбачеве, накалилась при Ельцине и продолжается при Путине. Эта дискуссия шла по законам жанра своего времени — во времена всевластия КПСС она проходила на пленумах и закрытых совещаниях, а в эпоху всевластия СМИ — на страницах газет, журналов и в Интернете.

Смысл этой дискуссии, по сути, можно свести к двум позициям.

Первая — о том, что ради мира и добрых отношений с Японией, невзирая на то, что Россия владеет Курилами совершенно законно по итогам Второй мировой войны, можно передать японцам остров Кунашир и Малую Курильскую гряду (которую у нас упорно почему-то называют Хабомаи).

Есть идея, что таким образом можно в некотором смысле «продать» Курилы японцам и получить многомиллиардные инвестиции. В этой точке зрения находят и другие смыслы: например, использовать передачу островов в качестве некого «пряника» для разрушения американо-японского союза.

Такой точки зрения, в частности, придерживался Хрущев, фактически единолично продавивший «прорыв» советско-японских отношений и заключение декларации 1956 года. У современных апологетов этой идеи, несомненно, есть и другие поводы заявлять, что надо «сманеврировать» на японском направлении и вернуться к документу, в котором хрущевский СССР согласился передать часть Курил Токио.

Вторая точка зрения звучит так: Курильские острова СССР получил по итогам победы союзников во Второй мировой войне, когда Япония подписала безоговорочную капитуляцию. Да и вообще исторически Россия имеет куда больше прав на эту землю!

Сами Курилы являются важной стратегической точкой, неким аналогом Босфора и Дарданелл, которые, будучи в чужих руках, словно пробкой закрывают выход нашего флота в океан. Помимо этого, на островах имеются залежи редких и очень дорогих полезных ископаемых, а 200-мильная экономическая зона вокруг островов исключительно богата дарами моря.

Поэтому, исходя из геополитики, справедливости и экономики, Курильские острова являются российской территорией, и должны таковой оставаться. В последние месяцы появился и еще один аргумент: поскольку США последовательно выходят из всех договоров, даже гарантиям неразмещения войск Соединенных Штатов на Курилах и даже заявлениям о выводе их из Японии верить нельзя.

Скажу сразу — вторая точка зрения мне понятна, и я ее разделяю, а вот позицию по передаче Курил понять не могу и считаю по меньшей мере ошибочной.

Но сказать хочется нечто иное.

Меня удивляет сама постановка вопроса о передаче части территории нашей страны под юрисдикцию другого государства.

Это вообще нонсенс какой-то. Где сегодня мы слышим подобную постановку вопроса? У той же Японии есть территориальные претензии не только к России, но и к Китаю и к Корее — причем сразу к обеим Кореям и сразу к КНР и Тайваню одновременно, потому что обе части разделенного англосаксами корейского и китайского народов считают всю территорию поделенной страны своей.

Вы когда-нибудь слышали, чтобы в Пхеньяне, Сеуле, Пекине или Тайбэе на уровне страны обсуждалась идея теоретической возможности передачи своей территории японцам? Нет. Возможно, в США идет «дискуссия» о полезности возвращения Техаса Мексике в обмен на строительство пресловутой стены и погашение части колоссального госдолга? Нет. Почему же подобные вопросы поднимаются у нас и не поднимаются там? У нас что, любовь к Родине меньше или территории больше?

Откуда вообще появляется идея, что передачей части своей территории можно решить исторические или геополитические проблемы?

Она глубоко ошибочна по своей сути.

Во-первых, надо помнить, что передав кому-нибудь часть своей земли, обратно вы это можете получить только по итогам войны! И то — только в случае победы, потому как проигравшие всегда территорию только теряют.

Дураков в мире давно нет. Никто никому ничего просто так не передает. Вы попробуйте хоть с одним государством в мире обсудить вопрос по схеме «территория в обмен на инвестиции» или «территория в обмен на мирный договор и гарантии». На смех поднимут. Вежливо откажут. Даже в сегодняшнем Киеве откажут, только не вежливо.

Очень часто говорят, что пересмотр итогов Второй мировой недопустим, потому что вызовет повсеместный перекрой границ, конфликты и войны. Так и есть. С одной только поправкой — итоги мировой войны будут пересматриваться только там, где изменится баланс сил. Пока экономика Китая растет семимильными шагами и Пекин наращивает свой политический и военный вес никакая Япония никаких претензий в ультимативной форме Пекину никогда не выскажет.

Пока цел Евросоюз, Германия не потребует у Франции Эльзас и Лотарингию, у Польши – Восточную Силезию и Гданьск (Данциг), а у Литвы – Клайпеду (Мемель). Так вот — «сдача» другому государству своей территории есть не что иное, как сигнал об изменении того самого баланса сил. Это как выстрел сигнального пистолета — теперь можно бежать за призом. Не везде, а только в этом забеге и на этом стадионе.

Решение территориального спора с Китаем в 2008 году с передачей ему острова Тарабарова и часть острова Большой Уссурийский, безусловно, помогло улучшить с китайцами отношения. Проблема, созданная ещё Горбачевым, была разрешена, удалось получить второе направление экономического сотрудничества. О правильности такого решения можно спорить, но вот передача большого куска шельфа Норвегии в 2010 году уже совершенно точно была неправильным поступком и стала тем самым «стартовым пистолетом».

«Это событие должно повлиять на общую ситуацию в регионе, на укрепление международной и региональной безопасности, на углубление взаимодействия арктических государств», — заявил тогдашний глава нашего государства Дмитрий Медведев после подписания соответствующих договоров с тогдашним норвежским премьером, а ныне главой НАТО Йенсом Столтенбергом.

По прошествии всего лишь восьми лет очевидно, что международная безопасность отнюдь не укрепилась, вместо взаимодействия получились санкции, а сам факт уступки со стороны России давно забыт. Передача Курильских островов Японии есть явный признак слабости — именно так это будет расценено в мире. Какими бы благими намерениями, расчетами и хитрыми замыслами она ни была вызвана.

Потери территории страны крайне непопулярны в народе, зато обратные действия по возвращению Крыма в состав России вызвали небывалый взрыв патриотизма, рост уверенности в завтрашнем дне и доверия к власти.

Любые действия, в результате которых территория будет сокращаться, будут восприняты в обществе как предательство национальных интересов с соответствующими последствиями в виде разочарования, недоверия и апатии.

В условиях постоянно нарастающего внешнего давления на нашу страну доверие народа к власти, понимание происходящего являются залогом того, что попытки раскачать и обрушить российскую государственность будут безуспешны. Только понимая ситуацию, можно поддерживать какие-либо действия.

Сделка с Японией может стать точкой безвозвратной утраты доверия, так как «доброхоты», ведущие информационную войну против России, немедленно заполнят вакуум понимания действий власти обвинениями в «продаже Родины».

Подведем итог.

Любая, подчеркиваю, любая сделка с любым государством, в результате которой Россия что-то и кому-то отдаст, сегодня принесет колоссальный вред внутри страны и создаст ситуацию, в которой подобные требования извне будут продолжаться.

В такой ситуации даже сложно себе представить, какие резоны могут побудить власть осуществить передачу хоть одного камешка японцам.

Мирный договор, добрые отношения, улучшение инвестиционного климата, взаимовыгодное сотрудничество — все это красивые и абсолютно абстрактные понятия.

Единственным конкретным достоянием любого народа является наследие предков, основой которого является земля, территория

Война начинается не из-за отсутствия договора, а отношения сегодня портятся из-за липовых историй а-ля «дело Скрипалей».

Потому единственно верной политикой России будет такая: ничего и никому не отдадим и даже обсуждать это не собираемся.

И заявить это надо максимально громко, публично высказавшись о денонсации той самой хрущевской декларации 1956 года.

«Отдать нельзя, сохранить» — так выглядит правильная пунктуация российской внешней политики!

Николай Стариков

Источник

 
 
 
comments powered by HyperComments
 

E-mail рассылка

Подпишитесь на E-mail рассылку от "Колокола России"