Популярное деньнеделя месяц
Архив материалов
Политика
07.03.2017 08:00

Почему россияне не хотят жить в «бабьем царстве»?

Имидж и положение современной российской женщины нуждаются в серьёзных изменениях, иначе их большой, всесторонний и крайне полезный стране потенциал так и будет оставаться не раскрытым

«Красавица, миру на диво,
Румяна, стройна, высока,
Во всякой одежде красива,
Ко всякой работе ловка».

Эти строчки о русской женщине, написанные Николаем Алексеевичем Некрасовым, были и остаются актуальными на все времена. С незапамятных времён русские женщины доказали, что действительно ловки во всякой работе, в том числе государственно-политической.

Сегодня мало кто знает, но русские женщины когда-то правили Европой. Имя Анны Ярославны, королевы Франции, открыло целую плеяду имён наших соотечественниц, оказавших поистине историческое влияние на судьбы континента. Среди них Евпраксия Всеволодовна – императрица Германии (XI век), Евфросинья Мстиславовна – королева Венгрии (XII век), Агафья Святославовна – королева Польши, и многие другие.

28 января (8 февраля) 1725 года на русский престол впервые взошла «царица-матушка» – вдова Петра Первого, Екатерина I (до этого все женщины-правительницы на Руси были регентшами и управляли от имени братьев или несовершеннолетних детей: княгиня Ольга, Елена Глинская, царевна Софья). За ней последовали Анна Иоанновна, Елизавета Петровна и Екатерина Великая. Их заслуги, в особенности последней, трудно переоценить. Они успешно вели войны, управляли страной не хуже, а подчас гораздо лучше мужчин.

Однако сегодня большинство россиян против того, чтобы президентом страны стала женщина. В ближайшие 10-15 лет руководителем государства граждане видят только мужчину. Об этом свидетельствует социологический опрос, проведённый «Левада-центром» и приуроченный к празднованию Международного женского дня.

54% граждан не видят в качестве полноценного лидера России женщину. Только 33% считают возможным женское президентство.

Снизилось и число тех, кто хочет, чтобы женщины занимали высшие государственные посты наравне с мужчинами. Если в 2015 году «за» высказывались 64% россиян, то в этом уже 56%. Больше за год стало и тех, кто полагает, что не должно быть равенства между женщинами и мужчинами в этом вопросе. Так ответили 38% (в 2015 году – 28%).

Напомним, ранее пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявлял, что в Кремле не видят препятствий к тому, чтобы президентом России стала женщина. Однако народ, как видно, думает по-другому. Причём всё хуже и хуже. Почему так происходит?
За четверть века смены социально-политической парадигмы развития России образ женщины в нашей повседневной жизни претерпел серьёзные трансформации. Советское общество вопреки досужим утверждениям не было в полной мере феминизированным. Да, на заре советской власти многие «пламенные революционерки» типа стареющей развратницы и генеральской дочки Александры Коллонтай (урождённой Домонтович) проповедовали, самый что ни на есть отвязный феминизм, вплоть до отмены моногамной семьи и постоянного социально закреплённого брачными узами полового партнёрства. Мол, раскрепощаться, так раскрепощаться, на все сто. Были проекты типа создания «бюро свободной любви», в котором должны зарегистрироваться все граждане мужского пола от 19 до 50 лет и женского от 18 до 50 лет и где, как карнавальный костюм, раз в месяц можно было выбирать и менять себе сожителя-супруга. Дети, произошедшие от такого рода сожительства, поступают в собственность республики.  

Однако Сталину и его единомышленникам такие беспутные претензии на вседозволенность и растление молодёжи не понравились, поскольку имели, с одной стороны, явно декадентский уклон кокаиновой золотой молодёжи обеих столиц Российской империи начала двадцатого века, а с другой – сильно отдавали анархо-бандитизмом в стиле «Цыплёнок жареный». Постепенно феминисток-сумасбродок и любительниц беспорядочной половой полигамии приструнили и лишили влияния. Кто-то, переболев «болезнью левизны в коммунизме», одумался и стал неплохим государственным строителем и общественным деятелем, кого-то, как Коллонтай, отправили послами за границу, а особо неугомонных – ещё дальше.
Женщине в строящемся советском обществе была определена роль де-факто на выбор: либо стать в большей степени мамой-домохозяйкой и по остаточному принципу посильным сотрудником строительства социализма; либо отдать всю себя делу служения стране и народу, а семью иметь, что называется, в качестве «дополнительной опции». Никакой генеральной линии по выгону всех женщин на заводы и фабрики, аэроклубы или на покорение северных широт, равно как и по загону их всех на кухни, ни у власти, ни у партии не было. Каждая жительница СССР делала свой выбор сама. Безусловно, в каждом конкретном жизненном случае этот выбор был сопряжен с большими или меньшими жизненными трудностями и обстоятельствами, но тенденции это не меняло. Иначе наша страна не имела бы в своём активе таких женщин, как лётчик-испытатель 1-го класса, заслуженный мастер спорта СССР, 102-кратный рекордсмен мира, полковник-инженер, доктор технических наук, профессор Марина Лаврентьевна Попович. Или целый отряд женщин-космонавтов.

За время советской власти в обществе сложилось удивительно гармоничное отношение к женщине. С одной стороны, на производстве и в общественных делах мужчины воспринимали её как равного. И ей для этого абсолютно не требовалось никаких специальных феминистских штучек. Сексистского террора как массового явления ни с одной, ни с другой стороны не было. Хотя отдельные факты, безусловно, имели место. Ведь люди есть люди в любом обществе.
С другой стороны, как только женщина приходила домой, она становилась мамой и любящей женой. Вся инфраструктура общественно-производственных отношений и практик была выстроена таким образом, чтобы не вымарывать и не калечить естественных женских инстинктов и предрасположенностей. На всех публичных мероприятиях, типа новогоднего «Голубого огонька», представляя орденоносных женщин-героинь и ударниц производства, всегда старались подчеркнуть, что она ещё и прекрасная мама.

***
При всём при этом надо сказать, что наше общественное мнение со времён последней русской императрицы, жены Николая II Александры Фёдоровны (которую массово обвиняли чуть ли не во всех бедах страны), мягко говоря, крайне настороженно относилось к идее возведения представительницы слабого пола на пьедестал верховной власти в государстве.

Это, конечно, многим дамам не нравилось. Ведь юбка никак не влияет на властные амбиции. А тщеславие женщин, в силу ряда психологических особенностей, порой требует гораздо большего практического выхода и реализации, чем у мужчин. Это же можно отнести к коварству и беспринципности.

Видя, что самореализоваться на политическом Олимпе напрямую не получится, многие представительницы слабого пола пошли другим путём: решили сделаться «серыми кардиналами» и тайными агентами влияния, используя для этого своих высокопоставленных мужей.

Доказать это с документальной точностью в большинстве случаев конечно невозможно, поскольку постельные беседы наших вождей и их приближенных никто на диктофоны не записывал, однако две вещи наводят на некоторые раздумья.

Первая – национальный состав «соратниц по борьбе», среди которого очень велик был семитский процент. Посмотрим, к примеру, на ближайшее окружение Сталина. Жена МолотоваПолина Семёновна Жемчужина (Перл Семёновна Карповская), ВорошиловаЕкатерина (Голда Давидовна Горбман), секретаря и ближайшего помощника вождя ПоскрёбышеваБронислава Соломоновна Металликова, любимого друга Сергея КироваМария Львовна Маркус, последняя жена старшего сына Сталина ЯковаЮлия Исааковна Мельцер, первая жена младшего сына Сталина ВасилияГалина Алексеевна Бурдонская. И этот список можно продолжать ещё очень и очень долго.

Вторая – многие из этих женщин были в разное время арестованы по вполне конкретным уголовным делам. Отношение простого народа к великосветским арестанткам советской поры очень хорошо отражено в воспоминаниях Евгении Гинзбург, жены председателя Казанского горисполкома, члена ЦИК ТАССР, ЦИК СССР, ВЦИК Павла Васильевича Аксёнова, арестованной в 1937 году по делу об участии в троцкистской организации: «Медсестра с ящичком лекарств, по совместительству обыскивающая заключённых женщин, жалостливо морщит веснушчатый носик: «Какие у нас раньше были женщины и какие теперь! То были девки-воровки да уличные. А теперь все такие дамы пошли культурные, чего даже жалко смотреть. Нате вот вам бинтик, чулки подвязать, а то как без резинок-то? Не показывайте только никому, смотрите!» Воровато оглянувшись и установив, что мы одни в крохотной тюремной амбулатории, где происходил личный обыск, она торопливо осведомляется: «Что вас заставило-то, а? Ну, против Советской власти что вас заставило? Ведь я знаю: вы – Аксёнова, предгорсовета жена. Чего же вам ещё не хватало? И машина, и дача казённая, а одежда-то, поди, всё из комиссионных? Да и вообще…»

Кажется, её представления о роскошной жизни исчерпаны. Я устало улыбаюсь».

Кстати Павел Васильевич и его супруга Евгения Гинзбург намного пережили ненавистного Сталина (он умер в 1991 году, она – в 1977-ом), а их сын писатель Василий Аксёнов в 1992 году активно поддержал гайдаровские реформы, выразив своё удовлетворение происходящим фразой: «Гайдар дал пинка матушке-России».

***

Сегодня в российском обществе неприятие женщины – главы государства только укрепилось. Почему? Этому во многом способствовали масс-медиа и весь уклад жизни.

Образ успешной женщины – это в основном либо жена, любовница, дочь или иная родственница высокопоставленного чиновника, бизнесмена, продюсера и т. д., либо чья-то выдвиженка по субъективным причинам и обстоятельствам, с весьма спорными профессиональными достоинствами. Это касается всех сфер, от политики до искусства. К сожалению, в обществе сложилось мнение, что, мягко говоря, женщина в дорогом «мерседесе» это почти со стопроцентной уверенностью чья-то мужская креатура и проводница его интересов.

Особенно укрепилась вера в это после грандиозного скандала с «дунькиным полком» «фельдмаршала» Сердюкова. К примеру, система военного образования России (стратегически важная для страны должность), благодаря его стараниям, была отдана в руки Екатерине Приезжевой, получившей у военных кличку Болонка за введённую при ней болонскую укороченную военную систему образования. На ниве какого бы то ни было образования эта дама не трудилась никогда. Зато в 2000-2003 годах была начальником отдела контроля за оборотом алкогольной продукции администрации Санкт-Петербурга, а с 2003-го перешла в налоговые органы города и в 2005-ом последовала за Сердюковым в Москву, возглавив Управление контроля и лицензирования госрегулируемых видов деятельности ФНС России. В 2007 году последовала за шефом в Минобороны.

Не менее важный в стратегическом плане «Рособоронзаказ» возглавила экс-заместитель Сердюкова по питерскому УФНС Людмила Воробьёва. И так далее.

Поэтому неудивительно, что после ликвидации этого великосветского «цветника» у россиян ещё больше упало доверие к возможной передаче верховной власти в стране женщине. Розовые тапочки Сердюкова ещё долго будут икаться всем дамам, мечтающим о «путинском кресле».

С другой стороны, те же масс-медиа и насаждённый уклад жизни вывели формулу: кто не раскручен и не успешен – тот лох, чмо и быдло, причём без всякой гендерной разницы. Соответственно, ни один, ни второй тип современной российской дамы в глазах общества не предстаёт в образе самодостаточной, сильной, мудрой и справедливой «хозяйки земли русской».

Так вот и наладились – от горшка да к дизелю, от великих королев Европы до жутких перекосов и недоверия в собственной стране. Именно перекосов, поскольку страна – Родина великих представительниц прекрасной половины человечества, прославивших русскую землю, – не оскудела ими и сегодня. Просто в системе, созданной Гайдарами, Чубайсами, Серюковыми и другими «эффективными менеджерами», самостоятельной, патриотичной, умной и честной женщине крайне сложно проявить себя и продвинуться в высшие эшелоны власти. Впрочем, как и мужчине.

Вадим Бондарь

 
 
 
comments powered by HyperComments
 

E-mail рассылка

Подпишитесь на E-mail рассылку от "Колокола России"