Популярное деньнеделя месяц
Архив материалов
Геополитика
02.12.2014 18:18

Путин кинул Европу на турецком татами

Главной сенсацией переговоров с Эрдоганом стало то, что резко-негативная позиция Турции по Сирии не помешала Москве возложить на Анкару миссию главного продавца российского газа в Европу. Теперь газ в Европу пойдет не в обход Украины, как предлагала ранее Москва, и чему изо всех сил препятствовал ЕС, а в обход самой Европы - через Турцию. Вот такие немыслимые конструкции иногда возникают в международной торговле из-за несговорчивости и тупой упертости «наших партнеров». 

Если бы геополитические противники России читали учебники по истории, то на нынешние переговоры Путина и Эрдогана они бы сделали особую ставку. Ведь Турция как нельзя лучше подходит на роль главного врага России, а уж тем более сейчас, после присоединения Крыма. Судите сами: поссорились наши страны из-за Крыма. Первый раз это случилось более пятисот лет назад. С тех пор по разным причинам воевали аж 26 раз (вроде бы эту цифру называют в школе на уроках истории). Но лучше поверим Википедии, которая утверждает, что период русско-турецких войн охватывает отрезок в 241 год, а между войнами проходило в среднем 19 лет. Их отголоски слышаться, когда проходишь мимо памятника героям Плевны в Москве. И в нашей новейшей литературе остался гром пушек русско-турецких войн — персонаж романа «12 стульев» Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендер-бей был «потомком янычар», а еще на экранах страны с успехом прошел фильм «Турецкий гамбит» по одноименному роману. Русские защитили армян от турок, за что Армения благодарна нам до сих пор. Русские же штурмовали засевших в Плевне турок, но болгары подкачали — воевали потом за Гитлера. А сейчас из-за их позиции России пришлось отказаться от газопровода «Южный поток», чем и огорошил Путин явившихся на пресс-конференцию журналистов после переговоров с президентом Турции Эрдоганом.   

Договороспособный недруг

Очень важно понимать контекст наших отношений с Турцией. Он далеко непрост. Пожалуй, Россия ближе к Турции, чем к любой европейской стране, но эта близость из лермонтовского Мцыри, из сцены боя с барсом — «обнявшись крепче двух друзей…». Тем не менее, после саботирования Европой «Южного потока» именно Турции мы поручили роль посредника для продажи нашего газа за границу, что для Европы оказалось большой неожиданностью. Мы пошли на это то ли из-за привычки к «ассиметричным» шагам, то ли для того, чтобы найти больше партнеров в условиях международной изоляции. Это нас роднит с Турцией и Китаем.

Одно ясно — предоставление Турции исключительного права на продажу российского газа не стало результатом некой договоренности по Сирии. Ни Россия, ни Турция, по крайней мере, внешне не изменили своих позиций: Москва по-прежнему «не сдает Асада», а Турция желает его скорейшего свержения. Не договорились.

Эксперты, которых «Колокол России» опросил для того, чтобы прояснить ситуацию по переговорам Путина с Эрдоганом, в один голос утверждают, что мы и не пытались влиять на политику Турции в отношении Сирии, а главным событием переговоров были газовые контракты и двусторонние отношения.    

Политолог Сергей Михеев сказал «Колоколу России», что у Турции есть собственные амбиции в регионе, а Сирия была давним конкурентом своего ближайшего северного соседа. Кроме того, по мнению эксперта, турки очень обеспокоены вопросом Курдистана. Для них это главный приоритет, они считают, что нужно оставить себе свободу рук для того, чтобы предотвратить возникновение независимого курдского государства. По мнению Сергея Михеева, все чаще правящий класс страны вспоминает времена Османской империи, когда все прилегающие страны в нее входили.

А не вызовут ли эти неоосманские настроения в Турции враждебности по отношению к России? Все-таки столько раз воевали. Или, возможно, Западу удастся перенаправить эти настроения, превратив в негативное отношение к нашей стране?

«Я не думаю, что враждебность есть. Иначе бы они поддержали санкции, но, как известно, они их не поддержали, несмотря на то, что Турция — член НАТО и ассоциированный член ЕС. Санкции им очень невыгодны. Тут, кстати, у них явно появилось некоторое напряжение с американцами. Более того, если бы была враждебность по отношению к России, то не было бы этого визита. По вопросу Крыма, который их интересует, турки тоже заняли нейтральную позицию, не выступили с резким осуждением. А почему? А потому, что у Эрдогана есть желание быть самостоятельным и не следовать во всем американским указаниям. Конечно, в чем-то интересы Турции совпадают с американскими, в том числе по отношению к России — есть блоковая солидарность, но в целом Эрдоган хотел бы быть более самостоятельным. Даже эти неоосманские тенденции стимулируют стремление к независимости во внешней политике ото всех, включая американцев. Турция пытается балансировать и находить некий компромисс», — комментирует Сергей Михеев.

Политолог уверен, что Россия не ожидала от Турции смены позиции по Сирии, и это вопрос даже не был предметом торга между двумя странами, в свете новых газовых контрактов.

«От Турции никто и не ожидал, что она изменит свою позицию по Сирии. Ожидать, что туда приедет Путин и турки примут все наши предложения — наивность. Переговоры по Сирии не были главным моментом встречи, ими были газовые переговоры и двусторонние отношения», — рассказывает эксперт.

Политолог не согласен, что Турция стала для России той же грудью, к которой можно припасть, какой стал для нас в последнее время Китай на фоне международной изоляции России. Наша политика скорее прагматично, чем эмоциональна.

«Мы не ищем в Турции поддержки, потому, что мы были одни всегда. Не было в нашей истории, когда мы были бы не одни. Это наша судьба. Что касается наших участившихся контактов на Востоке, то речь идет о понятной ситуации: мы продаем свои ресурсы. Продаем их всем, кто готов купить. Если у Европы на счет закупок наших ресурсов появились сомнения, то мы будем продавать их другим. На данном этапе турки стали продавцами нашего газа. Для нас это не самая хорошая ситуация. «Южный поток» был бы интереснее, но нынешнее развитие событий — не самый худший из вариантов. Почему бы и нет? Например, мы вложим меньше денег в строительство трубы. Турки за счет нашего газа смогут повысить свою роль в Европе. В этом и есть новая комбинация: мы получаем возможность продавать дополнительные объемы газа, а Турция повышает свою роль в Европе», — считает Сергей Михеев.

Тем не менее, появились слухи, что Москва готова «сдать Асада» на каких-то условиях, и что эти условия обсуждались на переговорах Путина и Эрдогана. Сергей Михеев не видит для такого развития событий никаких причин. 

«Я не вижу ни одного признака, что Москва готова «сдать Асада». Слухи об этом — из разряда сообщений «одна бабка сказала». Если уж «сдавать Асада», то в обмен на очень серьезные вещи, но никто такого рода предложений нам не делает. Сейчас официальная позиция России по Сирии остается неизменной», — рассказал Сергей Михеев «Колоколу России».

Не Сирии ради, а стабильности для

Помимо газовых и других двусторонних договоренностей, Россия и Турция договорились о сотрудничестве в противодействии ИГИЛ, и это, пожалуй, первый ясный шаг нашей страны по этому вопросу. Почему тема ИГИЛ, как предмет обсуждения на внешнеполитических переговорах, возникла именно на саммите в Турции? А не стоит ли за этим та самая «сдача Асада»?

Президент института Ближнего Востока Евгений Сатановский рассказал «Колоколу России», что «Россия и Турция могут говорить на разные темы, в том числе о затмении Солнца, полетах в другую галактику и об исламском государстве — структуре, которую мы наблюдаем на территории Сирии и Ирака».

«Это структура, ИГИЛ, в которой есть боевики из России, из Центральной Азии, воюет на границах с Турцией. А поскольку интересы России простираются чуть дальше, чем ее границы, почему бы России не поговорить с Турцией. Кроме того, боевики отправляются на гражданскую войну, которая разворачивается на территории Сирии, через турецкие маршруты. А поскольку у нас с Турцией безвизовый режим, то это беспокоит Россию с точки зрения безопасности. Поэтому мы заинтересованы во взаимодействии с турецкой спецслужбой MIT и с ее руководителем Хаканом Фиданом, который является ближайшим человеком Эрдогана», — считает Евгений Сатановский.

Наши позиции с Турцией близки по многим вопросам. Они сблизились тем более, когда Россия почувствовала вкус международной изоляции, который давно ощущает Турция, которую не берут в ЕС. В каком-то смысле мы близки в своем одиночестве. Тем не менее, в вопросе Сирии наши позиции диаметрально противоположны: Эрдоган не раз заявлял, что Асад нелегитимный правитель, который пришел к власти недемократическим путем.

«Во-первых, Россия не за Асада, а за стабильность в Сирии. Во-вторых, мир полон правителей, которые получили свои кресла значительно более незаконными методами, чем это сделал Асад и их никто не называет незаконными правителями. Например, на Украине в этом году был совершен путч, и все меры, которые были приняты впоследствии, чтобы его легитимировать, могли показаться весьма и весьма сомнительными очень многим людям, в той же Москве. Намерения Турции свергнуть Асада, является главной причиной, почему она стала спонсором гражданской войны в Сирии, ее организующей составляющей. Это секрет Полишинеля. То, что России совершенно не нужно — превращение Сирии в очередное после Ирака рухнувшее государство, на просторах которого будет резвиться Аль-Каида разного типа. То, что у турок на это другие воззрения, мы видим. Видим, например, как через северную границу Сирии проходят боевики со стороны Турции и концентрируются там. Мы видели, как боевики, которыми командовало управление общей разведки Саудовской Аравии, везли химическое оружие в Восточную Гуту через Турцию. Что с этим делать? Расслабиться и получать удовольствие. Мы высказали друг другу свои позиции — ну и замечательно. Почему у нас должна быть одна позиция по всем вопросам?» — считает эксперт.  

Получается, что Турция немало интригует на контролируемой ей территории и с ней лучше дружить? Тогда возникает вопрос, были ли переговоры успешными? И насколько Россия вообще ждала прорыва по Сирии?

Болгарский гамбит

«Мы не могли добиться ничего и ничего не ждали. Чего это ради Эрдоган должен менять свою позицию, которая базируется на его личных и государственных интересах? Он сделал ставку на войну. Переговоры с Россией затронули сирийский вопрос, но не более чем. А что касается успехов визита, то он был успешен с самого начала. Ведь когда по предложению турецкой стороны визит получил статус государственного, а это возможно только один раз за время правления того или иного лидера, стало понятно, какую роль турки отводят этому визиту в своих геополитических раскладах. С их точки зрения, это выдающийся прорыв. Кроме того, первой темой этого визита, была проблема газового потока», — рассуждает Евгений Сатановкий.   

«Видите ли, когда Путин закрыл тему «Южного потока» на Европу, — продолжает эксперт, — и трубопровод пойдет через Турцию, все остальные темы можно просто закрывать. Это завершение колоссального этапа, во время которого мы пытались уговорить европейцев вести себя конвенционально. Теперь Россия пожала плечами и закрыла дискуссию по «Южному потоку». Теперь на нас никто не будет давить — мы больше это с европейцами не обсуждаем. Теперь мы работаем с турками, и пусть европейцы покупают газ по той цене, по которой он будет на границе с Грецией. Это означает, что ни одна европейская страна не получит той прибыли от транзита, которую она могла бы получить. Это означает, что болгарское руководство может идти в Брюссель и просить там денег за упущенную прибыль, получив в ответ кукиш — вежливее сказать нельзя. И это будет справедливо, правильно и очень хорошо. Потому что нельзя же, в конце концов, столько издеваться над братской Россией! За последнюю сотню лет всегда, когда Болгария имела возможность воткнуть русским нож в спину, она делала это! Но при этом говорила о братстве. Это какое-то очень грустное братство. Вспомним Первую мировую войну, Вторую мировую, «Южный поток»… Понятно, что это не болгарский народ против нас, а болгарская власть. С руководством Болгарии Запад поступает по «принципу Березовского»: дешевле купить директора завода, чем сам завод… Но нам-то чего делать вид, будто мы не понимаем, что происходит. Вот это главное, а все остальное — мелочи. Даже факт того, что остановка проекта «Южный поток» сегодня обсуждается достаточно мало, свидетельствует о растерянности, которое это заявление вызвало в Европе. Я не представляю, что сейчас твориться в кулуарах Брюсселя, который был абсолютно не готов к такому развитию событий».

Большому кораблю — большую торпеду

По мнению Евгения Сатановского Россия поступила разумно, свернув «Южный поток» и предоставив туркам возможность торговаться с Европой. 

«Путин пытался избежать предоставление туркам «полумонополии» на экспорт газа в Европу. Но все-таки он занимался дзюдо не один год… Он знает, что когда противник пытается вас опрокинуть, то нужно использовать его усилия для того, чтобы он рухнул сам. Все эти гигантские усилия, которые были предприняты, чтобы торпедировать «Южный поток» Европе теперь придется обнулить. А дальше задуматься в преддверии, видимо, достаточно холодной зимы о том, что делать, когда Украина скоро начнет красть газ. А она непременно начнет красть! Януковича больше на Украине нет, теперь Запад там поставил правительство Яценюка как представителя США; и президента Порошенко как представителя ЕС. Когда они украдут европейский газ, тогда пусть с ними Европа и договариваются. А мы будем строить газопровод через Турцию. Захотят купить — замечательно. Не захотят — да с кем угодно пусть договариваются. С ливийскими террористами, хоть с алжирской военной хунтой. А захотят купить дорогущий сланцевый газ? Замечательно. Вот только согласиться ли за него платить потребитель?» — рассуждает наш собеседник.

Евгений Сатановский уверен, что уж кто-кто, а Эрдоган не подведет, потому что проводит независимую политику и это именно та фигура, которая удобна нашей стране.

«США бесполезно давить на Эрдогана, он совершенно самостоятельная фигура, и он терпеть не может Обаму. Он человек взрывной, действует импульсивно, но, безусловно, самостоятельный политик в той мере, в которой человек авторитарного типа может быть самостоятелен. То есть на все 100%. Его не зря называют «турецким султаном». Они в чем-то похожи с Путиным, по крайней мере, в отношении к западному давлению. Какое давление возможно на Эрдогана? Он ведь единственная светлая надежда Европы на то, что она вообще когда-нибудь получит газ: из Центральной Азии, из Прикаспия — это Турция, и только Турция. У них вторая по размеру армия в Европе. Миллионы турок живут в Европе, в первую очередь в Германии — главной стране Евросоюза. Турция не является членом ЕС и прекрасно понимает, что ее туда никогда в жизни не примут. Так что Эрдогана действительно нельзя подвергнуть никакому давлению», — считает специалист по Ближнему Востоку.

Судя по всему, и Путин, и Эрдоган довольны, что стали газовыми партнерами. Путин известен своей змеиной иронией, которую, он, впрочем, легко реализует на практике. Но если для Путина такие неожиданные повороты сюжета почти обычная практика, то, интересно, прыгали ли в Анкаре от счастья, когда узнали, что получили право распоряжаться российским газом?

«Путин долго и терпеливо уговаривал своих партнеров не убивать их собственный бизнес, но раз они не хотят слушать разумных аргументов, то он, плюнул, вздохнул и пошел к другим партнерам — тоже мне проблема. Любой нормальный человек, над которым долгое время измываются, не воспринимают нормальную деловую логику, должен получить удовольствие, изящным приемом воткнув противника в татами. Что касается Турции, никто там не прыгает от счастья, Турция — самодостаточная страна. Турция сдержанно веселиться. Но турки будут, видимо, горестно сокрушаться. Я представляю себе всю скорбь, с которой Эрдоган будет предлагать грекам — особенно грекам! — купить у него газ для Европы. Это будет очень любопытное зрелище, на него имеет смысл посмотреть», — иронизирует Евгений Сатановский.

Михаил Сарафанов

 
 
 
comments powered by HyperComments
 

E-mail рассылка

Подпишитесь на E-mail рассылку от "Колокола России"