Популярное деньнеделя месяц
comments powered by HyperComments
Архив материалов
Геополитика
20.06.2016 08:00

Россия сама делает супостата наглее и агрессивнее

США и ведомый ими Запад, как наследник Римской империи, всегда уважал только силу и готов на стабильные партнёрские отношения только с тем, кого он уважает. Всех остальных он рассматривает лишь в качестве действующих и потенциальных вассалов.

На прошедшем Санкт-Петербургском экономическом форуме президент России неожиданно для всех фактически признал однополярность нынешнего мира, чем дал США, и Западу в целом, дополнительный стимул и повод вести себя по отношению к нашей стране еще наглее и агрессивнее.

Выступая перед представителями 60 государств планеты, он в частности сказал: «Америка — великая держава. Сегодня, наверное, единственная супердержава. Мы это принимаем. Мы хотим и готовы работать с Соединенными Штатами». Российский лидер добавил, что мир, как и Россия, нуждаются в такой мощной стране, как США. Однако Москве, по его словам, не нужно чтобы американцы постоянно вмешивались в её дела, в том числе в российско-европейские отношения.

О том, что мы принимаем Америку в качестве единственной супердержавы и о том, что мир и мы нуждаемся в такой мощной стране, никогда не говорил даже лидер Китая Си-Дзиньпин. Хотя КНР в плане ракетно-ядерного потенциала гораздо слабее России, у неё масса социально-экономических проблем (в частности, более ста миллионов человек живущих фактически за чертой бедности), ВВП на душу населения значительно отстаёт от российского и т. д. Но китайский лидер никогда публично не признавал однополярность мира и американскую единственную супердержавность, что фактически означало бы признание гегемонии США.

А что такое гегемония? Это и есть та исключительность, о которой всё время и повсюду говорят все американские президенты, вселяя веру в это как в своих граждан, так и в других жителей земли. Именно американская супердержавность рождает исключительность и право на гегемонию. Именно поэтому американское право ставится выше международного. Именно поэтому Америка ведёт себя в мире, как хозяин у себя на скотном дворе, все обитатели которого существуют только для удовлетворения аппетитов хозяина и не для чего больше. Опосредованно признавая это, мы фактически дезавуируем все предыдущие и последующие высказывания о том, что нам нужно, что не нужно, с чем мы не согласны, что считаем несправедливым, аморальным, противозаконным. Единственная супердержава-гегемон не должна и не будет интересоваться этим. Она не уважает и не будет интересоваться мнением тех, над кем возвышается единственным и незыблемым полюсом. Фактически признавая всё это, мы не сделаем США более лояльными к России, а лишь добавим им аппетитов и дерзости в отношении себя.

Эпопея «исторического» миротворческого похода первого и последнего президента СССР Михаила Горбачёва на Запад, в ходе которого он фактически сдал советский проект со всеми верившими в него людьми, и признал однополярность мира во главе с США, ничем хорошим для нас не увенчалась. Пожухшую оливковую ветвь мира тут же выбросили на свалку истории за ненадобностью, учредив медаль «За победу в холодной войне», а к Росси стали относится как к потерпевшему поражение неудачнику и глупцу. Мало того, что добровольно, без всяких избыточных на то оснований, сдавшегося с потрохами на милость победителя, так ещё и отказавшегося от своего исторического пути и цивилизационной миссии. Какое может быть уважение и партнёрские отношения с такой разжижившейся субстанцией?

Всё последующие двадцатилетие прошло под знаком именно такого отношения. Отсюда и расширение НАТО, и похищения россиян по всему миру с их последующим осуждением в США, и требования изменить в России те или иные законы, и многое другое. Но вот мы заявили о невозможности продолжения отношений в таком формате, о том, что у нас есть национальные интересы, о том, что будем защищать русских и Русский мир. И всё. Мы моментально снова стали врагом номер один.

США и руководимый ими Запад воспринимал и всегда будет воспринимать нас как чуждо-враждебную цивилизацию — либо в качестве врага (конкурента-оппонента), либо в качестве послушного вассала. Третьего не дано и никогда не будет. Будет у нас социализм, капитализм, монархизм или любой другой «изм», это ситуацию не изменит. Отчего-то у нас это никак не возьмут в толк. Очередная попытка «сгладить углы», а по всем исходящим от российских властей сигналам будет воспринята там как очередное поражение и признание своей цивилизационной, политической и какой угодно ещё неправоты. Другими категориями там мыслить не умеют.

И события последних дней это подтверждают. Практически одновременно с тем, как российский президент транслировал США и Западу в целом свой миролюбивый посыл, министр военно-морских сил США Рэй Мабус транслировал агентству Reuters другую позицию своей страны. США сохранят своё присутствие в Чёрном море, несмотря на то, что Россия видит в этом угрозу региональной безопасности, заявил он. 13 июня в Средиземное море прибыла американская авианосная ударная группа (АУГ) во главе с плавучим аэродромом Dwight Eisenhower. Кроме него в АУГ входят два крейсера и четыре эсминца, оснащенные всеми видами оружия, включая управляемые крылатые ракеты большой дальности. Наряду с заявлением главы американского военно-морского ведомства относительно присутствия гегемона в Чёрном море, средиземноморская экспедиция АУГ также имеет для нас большое значение.

Опять почти в то же время, как Владимир Путин говорил о том, что мы принимаем единственную супердержавность США, 51 сотрудник Госдепартамента этой нужной России для сотрудничества страны призвали Обаму бомбить войска, поддерживаемого нами законно избранного президента Сирии Башара Асада, и силовым путём свергнуть «его режим». При этом в Вашингтоне понимают и согласны с тем, что удары по силам Асада значительно ухудшат и без того напряженные отношения с Россией. Однако такое обострение, вплоть до возникновения вооруженного конфликта с Российской Федерацией, никого там не смущает. И реакция из Москвы по этому поводу, как и в вопросе присутствия американских ударных кораблей в Чёрном море, не воспринимается в качестве абсолютного сдерживающего элемента. Об этом, в частности, свидетельствует публичная позиция фаворита президентской гонки Хилари Клинтон, которая поддерживает радикальное ужесточение отношений с Сирией и говорит, что в случае своего избрания примет положительное решение о начале военных действий. 16 июня СМИ сообщили, что американский генерал Дэвид Голдфин, выступая на слушаниях в комитете по вооруженным силам сената США, заявил, что ВВС страны готовы обеспечить создание беспилотной зоны над Сирией и, чтобы сбивать любые самолёты (включая российские) вторгающиеся в ее воздушное пространство, ему нужно только соответствующее решение своего правительства.

Еще одним ответным «жестом миролюбия» стал целый ряд заявлений генсека Североатлантического альянса Йенса Столтенберга, которые он сделал в штаб-квартире НАТО в Брюсселе на подготовительной встрече перед июльским саммитом блока. Подведя итоги завершившихся в Прибалтике и Польше учений альянса, включая самые «впечатляющие» со времён «холодной войны» манёвры Anaconda 2016, в которых приняли участие 31 тысяча военнослужащих, Столтенберг отметил, что сегодня «ни один военный конфликт не протекает без киберкомпонентов». А потому «обращение внимания на этот театр военных действий наряду с обороной на суше, на море и в воздухе более чем уместно», и теперь кибератаки в виртуальном пространстве на одну из стран организации будут рассматриваться как нападение. Со всеми вытекающими последствиями.

А ведь невидимую атаку никак нельзя опровергнуть. В то же время, сославшись на неё в нужный момент можно мгновенно произвести военное нападение путём «Быстрого глобального удара» (о котором предупреждает первый замглавы комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Франц Клинцевич), для которого активно формируются силы наземного вторжения второго этапа операции. Состав, тыловая логистика, развёртывание в военный период и стратегические планы которых будут утверждены на варшавском саммите НАТО 8 июля.

Разве всё это даёт нам основание говорить о том, что мир, как и Россия, нуждаются в такой мощной стране, как США? Мы в этом, во всём вышеперечисленном, нуждаемся? Где основания ждать и надеяться на ответное миролюбие и признание России в качестве равнозначного и достойного уважения партнёра? Неужели опыт Горбачёва-Ельцина ничему не научил?

Но это не всё. 17 июня появилась информация о том, что 22 июня в Токио пройдут переговоры между представителями Японии и России по проблеме так называемых северных территорий. Оказывается, основания для неё появились после того, как премьер-министр Японии Синдзо Абэ и президент России Владимир Путин договорились в мае принять новый подход в решении территориального спора, который до сих пор мешает странам подписать мирный договор после Второй мировой войны. Что за новый подход, в подробностях пока неизвестно, но министр иностранных дел Страны восходящего солнца Фумио Кисида уже заявил, что надеется на перспективы и плодотворную дискуссию.

И как-то уж случайно или нет, всё это совпадает по времени. Америка – супергерой, Япония со своими претензиями «похорошела» и расплылась в надеждах. На Кудрине, во время панорамной съемки участников Петербургского экономического форума, камеры всех новостных каналов России задерживались дольше всех. Похоже, то, о чём я писал в статье «Либералы замахнулись на будущее России», претворяется в жизнь быстрее, чем можно было себе представить. Как в старом анекдоте про эстонское метро: «Следующая станция, … а вот уже и она».

Вадим Бондарь

 
 
 
comments powered by HyperComments
 

E-mail рассылка

Подпишитесь на E-mail рассылку от "Колокола России"

Яндекс.Метрика