Популярное деньнеделя месяц
comments powered by HyperComments
Архив материалов
Среда обитания
07.12.2016 09:30

Свет в конце тоннеля: «срок за шлепок» вскоре может быть отменен

Общественная палата поддержала декриминализацию побоев в семье.

Во вторник в Общественной палате состоялось «нулевое чтение» законопроекта «О внесении изменений в статью 116 УК РФ». То есть изменений той самой ювенальной поправки, внесенной в проект закона о декриминализации побоев депутатом Госдумы РФ Павлом Крашенинниковым в нарушение всех процессуальных норм, о чем «Колокол России» ранее подробно рассказывал. Несмотря на усилия модератора выровнять соотношение сил в дискуссии, показать несколько точек зрения, обсуждение получилось прородительским и антиювенальным. Что, согласитесь, становится редкостью для наших публичных площадок высокого ранга.

После того, как родители и иные члены семьи в категории «близкие лица» в новой редакции ст. 116 УК РФ встали в один ряд с хулиганами, нацистами и религиозными экстремистами, родительская общественность забила тревогу. Было проведено более 600 пикетов по всей России, в Госдуму и администрацию президента было направлено тысячи подписей под заявлениями декриминализировать побои в отношении близких лиц.

Собственно, новая предлагаемая инициатива, за которую, по данным «Колокола России», отвечает все тот же Крашенинников и группа депутатов от «Единой России», подразумевает одно простое изменение – убрать из ст. 116 определение «побои в отношении близких лиц», грозящее родителям двумя годами тюрьмы за применение к ребенку мер физического воздействия, не повлекших никаких последствий для его здоровья. Или, если по-простому, воротать назад то, что Крашенинников сотоварищи провернули этим летом под грохот «бешеного думского принтера».    

Существующий закон фактически являет собой запрет на воспитание ребенка в семье, отметила руководитель международного движения «Русские матери» Ирина Фролова-Бергсет в начале обсуждения.

«Родительское движение восприняло принятый законопроект как введение фактического запрета на наказание детей. Он породил протестные движения как до его принятия, так и после. По сути, в законе говорится о том, что при любом физическом воздействии на ребенка родитель становится преступником.

Это либо откровенная диверсия, либо недоразумение, которое должны срочно исправить депутаты. Родители должны иметь право на воспитание ребенка, право на строгость. Хватит уже выставлять нас какими-то террористами и экстремистами! Эту поправку надо также дополнить пунктом о примирении сторон в ходу судебного разбирательства, что в настоящий момент невозможно», – заявила Фролова-Бергсет.

Председатель «Родительского Всероссийского Сопротивления» Мария Мамиконян поддержала выступившую общественницу и рассказала о лукавой и правдивой статистике, которую часто используют в своих интересах лоббисты ювенальных законов:

«Мы собрали и передали в приемную президента более 205 тыс. подписей родителей против «закона о шлепках». Родительское возмущение только нарастает, если эта проблема не будет быстро и правильно решена, результат может быть самым непредсказуемым. Все уже поняли, что речь идет о запрете на воспитание. Под сурдинку разговоров о якобы царящем в наших семьях насилии забывают, что такие полицейские меры полностью разрушают вполне жизнеспособные семьи.

Кроме того, этот закон в первую очередь ударит по детям, которых силком будут отрывать от родных семей. Последние года полтора органы опеки стали пытаться заводить дела за шлепки и подзатыльники, хотя это не имело законодательного оформления. У нас есть много примеров, когда родители, наказывающие ребенка и отводящие его от воровства, от вредных привычек, от ужасов улицы и т.п. были наказаны в суде. Но тогда приговоры были еще довольно мягкими, а теперь за это можно получить два года тюрьмы.

Мало того, в обществе продолжает муссироваться и нагнетаться вопрос о семейно-бытовом насилии, которое якобы имеет грандиозные масштабы. Буквально вчера вышел опрос Фонда «Общественное мнение», результаты которого говорят о том, что 44% респондентов против перевода ответственности за семейное насилие из административной в уголовную. Но сам опрос составлен так лукаво и непрофессионально, что не дает реальной картины мнения россиян.

Два года назад РВС проводило собственный большой соцопрос, посвященный традиционным ценностям и новым европейским веяниям – у нас было не 1500 респондентов, как в недавней работе ФОМ, а 36000 человек. Так вот, по нашему опросу только 2% назвали шлепки или подзатыльники в качестве меры воздействия на ребенка в семье преступлением. Выходит, что нынешний закон о шлепках принят в угоду вот этим вот двум процентам граждан! Ну это просто смешно!

Если спросить меня и любых других родителей: «Вы за насилие в семье или против?», – естественно, мы все против этого. Но дело в том, что мы все считаем шлепок или подзатыльник, или иное применение легкого наказания к ребенку не насилием, а воспитанием. Так всегда считало большинство жителей России, и личный опыт каждого из нас показывает, что в определенном возрасте и в определенных случаях такое воспитание было необходимым. Сколько можно друг другу морочить голову?», – задалась вопросом Мамиконян.

Модератор дискуссии, член Общественной палаты Юлия Зимова, попыталась найти какие-то позитивные моменты в принятом законе: «Уже декриминализованы побои по бывшей ст. 116.1, надо чтобы все это понимали».

Но тут налицо явное лукавство. Побои действительно вроде как декриминализированы для большинства категорий граждан, но параллельно они криминализируются для «близких лиц». Причем, судя по пояснениям к новому виду статьи 116 УК, под это определение по-прежнему может попасть каждый из нас. Ведь почти каждый гражданин РФ если не живет в полноценной семье, то имеет родственников, делит с кем-то жилплощадь и т.д. То есть тут налицо дискриминация родителей и близких родственников – основы традиционной семьи. Теперь они не только выделены в особую группу потенциальных преступников, но и могут получить до двух лет тюрьмы за совершенно социально не опасное деяние. Вот этот факт модератор предпочла не комментировать.

Глава Ассоциации родительских комитетов и сообществ России Ольга Леткова поведала тем, кто еще не в курсе, о традициях воспитания детей в России:

«Непонятно, как в контексте принятого закона соблюдать конституционный принцип равенства всех граждан. Ведь если сосед или какой-то прохожий ударит чужого ребенка, он попадет под административку. А родителей за то же деяние будут судить как потенциальных уголовников. Это прямое нарушение ст. 19 Конституции РФ. Налицо дискриминация традиционной семьи, это вопиющая несправедливость.

В России родители испокон веков несли ответственность перед обществом за воспитание ребенка. У нас родитель – не просто опекун, как на Западе, у нас он еще и воспитатель. И в этом плане его умысел всегда был направлен на благо для своих детей, на то, чтобы оградить их от пагубной внешней среды. Это вопрос методов воспитания, он может быть спорным, но превращать его в криминал – это уже полный абсурд. Наше общество не должно допустить расширения этих западных, ювенальных тенденций, когда любое ограничение ребенка пытаются сделать противоправным, оформить юридически как преступление со стороны родителя. И президент наш всегда стоял на тех же позициях, он официально заявил – «ювенальной юстиции в России не будет», – отметила Леткова.

Добавим, что наказание в процессе воспитания – не есть криминальное деяние, если оно не несет в себе умысла причинить вред. Воспитание без каких-либо наказаний, моральных или физических воздействий на формирующуюся личность ребенка – напротив, напоминает какую-то утопию. Поэтому было бы уместно не просто отменить злосчастную «поправку Крашенинникова», но и в принципе вывести из административной и уголовной ответственности все нормы, касающиеся запрета на воспитание в семье. И уместно также отменить часть статьи 116 УК, по которой в случае повторного привлечения к ответственности за шлепки нарушителю грозит уголовка.

Сложилось такое впечатление, что модератор Зимова постоянно пыталась уводить дискуссию подальше от вопиющих фактов: «Самое главное для нас сегодня – собрать предложения, потому что насилие в семье есть. И нам важно понять, что с ним делать на федеральном уровне, в том числе законодательно. А что касается Общественной палаты, то ни я, ни другие мои коллеги-члены ОП не будем поддерживать воспитание детей через насилие – ни в каких видах, как бы это ни обсуждалось… И я лично никогда не буду говорить, что бить детей – это хорошо. И давайте ориентироваться в обсуждении на те семьи, в которых имеют место именно побои, а не шлепки».

Вот типичный пример подмены понятий, запрет на воспитание и вмешательство в семью маскируется общеизвестными истинами, которые и так понятны каждому родителю. Ну разумеется, бить детей – нехорошо! Но обсуждали на конференции конкретный законопроект, практику его применения и последствия, о чем поспешила напомнить Мария Мамиконян:

«Сам закон написан таким образом, что речь идет о любом физическом воздействии, причинившем боль ребенку, это же не мы придумали! У нас в практике уже много обращений, когда ребенок приходит в детский сад, а его оттуда забирает опека или полицейский ПДН за маленький синяк, кровоподтек. И это происходит именно по 116 статье».

***

Весомыми были аргументы замдиректора общественного центра правовых экспертиз Елены Тимошиной:

«Уравняв «близких лиц» с хулиганами, нацистами, религиозными экстремистами, каждого из нас не только дискриминировали юридически. Ведь каждый, сидящий в этом зале, попадает под категорию близких лиц, является родителем или родственником кому-то. Но при этом мы не являемся вышеперечисленными асоциальными элементами, в отношении которых статья УК «побои» не была декриминализована. А нас всех отправили именно туда!

Я хочу обратить внимание на статистику достоверного источника, единственного, который собирает статистику по всей стране – ГИАЦ МВД России. Так вот, за 2015 год было зарегистрировано 23497 преступлений по статье 116 УК РФ, из них 11341 – доведено до суда с обвинительным заключением. Из них 4005 преступлений совершенно родственниками – это 35%. Так что по логике вещей «близкие лица» должны быть первым делом выведены из числа потенциально опасных преступников», – отметила Тимошина.

Представитель ОП снова попыталась возразить: «Но ведь 35% – это все равно очень существенно, и потом, вы же говорили о данных за 2015 год, когда понятия «близких лиц» в законе еще не было? Но мы с вами же не знаем – может, их всех за систематические побои наказали?».

Тут модератор явно упустила из внимания, что Тимошина специально особо выделила число уголовных дел, заведенных за побои на родственников. Так что очевидно, что при активном применении «закона о шлепках» в ближайшем будущем эта цифра станет еще больше. Но вообще-то больше было похоже, что Зимова просто не хочет замечать очевидного.  

Честно говоря, на экваторе дискуссии мне очень хотелось подняться и задать Юлии Зимовой вопрос такого свойства: вот тут, прямо напротив вас, сидят представители родительской общественности, рассказывающие конкретные истории, приводящие статистику и факты. За каждой из них – сотни тысяч живых людей, граждан России. Подавляющее большинство наших граждан возмущены и категорически не приемлют ни этот «закон о шлепках», ни рассматриваемый недавно в ОП проект закона «О семейно-бытовом насилии», ни иные ювенальные западные технологии, активно внедряемые законодателями-лоббистами на всех уровнях. У нашего государства есть сейчас куда более насущные и актуальные проблемы, чем жесткое регулирование отношений в семье.

А вы, говоря якобы от лица общества (а Общественная палата создавалась, надо думать, именно для того, что слышать и доносить до верхов «позицию снизу», глас простого народа, а не чиновников и депутатов-законодателей), откровенно встаете на противоположную позицию, отстраняясь тем самым от подавляющего большинства российского общества. Так чьи интересы вы тут представляете? Кого защищаете? От имени какого общества вы выступаете, председательствуя на заседании в Общественной палате?

Но слово журналистам после официальных выступлений участников круглых столов и конференций в Общественной палате, увы, дают редко. Да возможно и к лучшему, что этот вопрос остался у меня на бумаге – иначе острого разговора было бы не избежать, и все обсуждение могло принять ненужный скандальный оттенок. И тем не менее, приведенный выше вопрос задан, пусть он и остается риторическим.

Одним из немногих защитников «закона о шлепках» (и косвенным союзником Зимовой) оказалась представитель генпрокуратуры с печально знаменитой в России фамилией Ярош:

«Законодатель просто решил выделить категорию семейных преступлений как несущую особую общественную опасность, но ответственность за побои была для родителей и ранее. Нельзя расценивать, что каждый шлепок относится к уголовной ответственности. Просто данный проект был направлен на то, что если родитель хочет показать ребенку, кто главный, чтобы предотвратить семейно-бытовое насилие. Вот у меня у подруги был недавно случай, когда отчим убил 8-летнего ребенка. А раньше он ходил с синяками, никто внимания не обращал…», – заявила Наталья Ярош.

Очень показательная речь с набором ложных посылов, призванных убедить слушателя – «ювенальные законы нам просто необходимы!», «семья – это тюрьма народов!». И далее в таком духе. Однако мне бы хотелось спросить у уважаемого прокурора – а кто, по ее мнению, должен быть в семье главным? Папа и мама или 7-ми, 8-ми, 10-ти, 13-летний ребенок? Где кончаются границы, за которыми свобода ребенка, который вплоть до отрочества с легкостью поддается чужому влиянию и во всем подражает взрослым, превращается в безнаказанность и вседозволенность?

Надо обратить внимание, что сейчас на формирование личности молодого человека огромное влияние оказывают интернет, телевидение, СМИ, компьютерные игры. Зачастую эти «окна в мир» могут сформировать у ребенка куда более девиантное поведение, чем общение с одноклассниками. Должен ли родитель ограждать свое чадо от их тлетворного влияния, особенно когда оно становится очевидным, а потребность в этих средствах превращается для ребенка в наркотик? На мой взгляд, однозначно – да. Можно ли ограничить доступ к ним без какого-либо насилия? Очевидно – нет. И что теперь, родители должны просто сидеть и молча смотреть, как их чада разлагаются, деградируют? По сути, законодатели, которых защищает Наталья Ярош, предлагают нам именно такой вариант.

Да и вообще, у нас в законодательстве прописано уже достаточно запретительных норм, предусмотрено достаточно преступлений и наказаний, в том числе и в семье. В конце концов, у нас же не полицейское ювенальное государство, чтобы жестко регламентировать взаимоотношения людей в семье, влезать в каждую квартиру. Хотя есть большая опасность, что с такими прокурорами мы движемся именно в этом направлении…

***

В завершение «Колокол России» приводит основные выдержки из заключения юридической экспертизы Общественной палаты по законодательной инициативе о декриминализации побоев. Судя по всему, оно готовилось вполне вменяемыми экспертами, а потому в нем звучит одобрение отмены летней «поправки Крашенинникова» в ст. 116 УК. Все-таки приятно, что на этой площадке выступили многие общественники, которым не безразлично будущее и детей, и их родителей, и традиционной семьи в России. Вчера они были в явном большинстве, а это добрый знак и надежда, что здравый смысл в итоге все-таки возобладает.

«Общественная палата поддерживает основную идею законопроекта. Он направлен на устранение некоторых недостатков, содержащихся в действующей редакции статьи 116 УК РФ и фактически предусматривает возвращение к редакции нормы, изначально предложенной Верховным судом РФ.

Также было предложено снизить ответственность за преступления, совершенные по ст. 116, т.к. ответственность за них в настоящее время аналогична ответственности за преступления по ч. 2 ст. 115 УК РФ. Хотя во втором случае описаны преступления, сопряженные с умышленным причинением легкого вреда здоровью (повлекшие кратковременное расстройство здоровья).

Также указывается, что побои, совершенные из хулиганских побуждений, по мотивам политической, расовой, религиозной, национальной ненависти или вражды в отношении какой-либо соцгруппы вполне могут совершаться и теми самыми пресловутыми «близкими лицами», в т.ч. и в семье – тогда они по идее должны подпадать под эту же статью. Но в законе это противоречие никак не раскрывается.

Как не раскрывается там и содержание термина «свойство» в предложении «лица, состоящие в свойстве с лицом, совершившим преступное деяние». Более ни в одном законе понятие «свойских отношений» не упоминается и не описывается.

Кроме того, ни в самой норме, ни в примечаниях к ней не указано, какие действия являются побоями, а какие – иными насильственными действиями, причинившими физическую боль. Именно по этой причине в родительской общественности и закрепилось именование этой нормы как «закона о шлепках».

Также в настоящее время преступления по ст. 116 входят в категорию частно-публичного обвинения и не подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. То есть явное противоречие с другими статьями УПК и УК РФ.

И ранее, до криминализации побоев в отношении близких лиц, наше уголовное и уголовно-процессуальное законодательство содержало необходимые правовые механизмы, с помощью которых близкие родственники или члены семьи могли эффективно защищать свои законные права и интересы в случае нанесения им побоев или иных насильственных действий, причинивших физическую боль.

Выведение в отдельную группу лиц, указанных в статье 116 УК РФ и в примечаниях к ней (т.е. «близких лиц»), ни в какой мере не способствует облегчению процесса изобличения и наказания виновных, действенной реализации процесса доказывания.  Также отмеченные выше изменения никак не улучшают правового положения лиц, в отношении которых совершены противоправные действия».

Общий итог заключения по законопроекту, который уже находится на рассмотрении в Госдуме, таков: «Общественная палата предлагает учесть указанные замечания и предложения при рассмотрении предлагаемых поправок в ст. 116 УК РФ».

Иван Ваганов

 
 
 
comments powered by HyperComments
 

E-mail рассылка

Подпишитесь на E-mail рассылку от "Колокола России"

Яндекс.Метрика